tanma (tanma) wrote,
tanma
tanma

Ходьба Париж-Эльзас - 2018

В этом году мне предстояло пройти Париж-Эльзас уже в третий раз. С одной стороны, уже был определенный опыт, а с другой – очень слабая подготовка. Вернее, ходьбы в моих тренировках всегда было мало, но был по крайней мере бег. Теперь же, после прошлогодней велосипедной травмы колена, я бегать почти совсем не могла (и неизвестно, смогу ли в будущем). Так что мне оставалось только ходить в бассейн (дважды в неделю) и иногда ездить на работу на велосипеде. Но даже после этих невинных занятий колено периодически болело.

Команда поддержки у меня собралась та же, что и при первом участии – в 2015 году: Бернар Оже (городок под Парижем), Алина Шмакова (Берлин) и Коля Терещук (Санкт-Петербург). О таком составе можно только мечтать. В 2015 году они прекрасно сработались и теперь понимают друг друга (и меня тоже) с полуслова. В этом году Коля ввел новшество: он взял у коллеги по работе две рации, и это сильно облегчило мое сопровождение.

Как я писала в своей обзорной статье о Париж-Эльзасе, сейчас у этих соревнований не лучшие времена: сильно сократились призовые и, соответственно, количество участников. Так что я радуюсь любой сопернице, особенно новой. В этот раз нам еще зимой сообщили, что участвовать приедет американка Эрин Тейлор-Талкотт – участница чемпионатов мира и олимпиады, а также активный борец за право женщин ходить 50 км на чемпионатах и ОИ (и эти усилия увенчались успехом! С 2016 года женские 50 км добавили в программу чемпионатов и кубков мира). Личный рекорд Эрин – 4.33 (а мировой рекорд принадлежит португалке Инес Энрикес (4.05)).

Эрин была приглашена на Париж-Эльзас лично директором Жаном Сесийоном. И она подошла к подготовке серьезно: создала целую группу в фейсбуке, посвященную своему будущему участию, и продавала в ней футболки со своим именем, чтобы собрать денег на поездку. Команда поддержки у нее сформировалась из нескольких американцев и французов во главе с известным среди ходоков фотографом Эммануэлем Тарди.

За несколько дней до старта я реализовала свою давнюю мечту – побывала в Ницце и Марселе, накупалась там в море. До последнего дня не знала, пойдет ли мой поезд Марсель-Париж, который почти точно должен был отмениться из-за длительной забастовки французских железнодорожников (продолжающейся с зимы до сих пор!) Весной я, не желая рисковать перед стартом, чуть не купила вместо него билет на самолет, но оказалось, что и Air France тоже бастует… К счастью, поезд не отменили, и к 15 часам 29 мая я приехала на вокзал Marne-La-Vallee, где меня встречали Бернар с Алинкой. Недалеко от дома Бернара к нам присоединился насквозь промокший Коля: он привез жену и 4-месячную дочку на машине из Питера в горную гостиницу около нашего будущего финиша в Рибовилле, а сам поехал в Париж автостопом и попал под сильный дождь.

30 мая

Утром мы поехали на регистрацию и медосмотр. Я огорчилась, узнав, что не будет Магги Лабиль - моей давней соперницы из Гваделупы. Она была заявлена, так что, видимо, что-то у нее случилось уже позже. Зато англичанка Кэти Крилли, участие которой было под большим вопросом из-за недавнего перелома ребер и сотрясения мозга (на соревнованиях в группу ходоков въехал велосипедист!), приехала и готовилась к старту. Еще в списке были 4-кратная победительница Париж-Эльзаса (ранее – Кольмара) Ира Путинцева из Питера, у которой это было уже двадцатое (!) участие, 65-летняя Вера Мирошниченко – тоже из Питера, участвующая второй раз (первый раз, в 2011-м, до конца ей дойти не удалось: забастовала команда поддержки). И тоже многолетняя очень стабильная участница 59-летняя Клоди Бизар – мировая рекордсменка в 6-суточной ходьбе (624 км). В Рубэ Вера всегда ее обгоняет, так что мы надеялись, что и здесь так будет.

В Вериной команде были Саша Коротков – известный в Питере бегун-многодневщик и организатор дружеских пробегов, благодаря которому, кстати, я узнала о существовании свехмарафонской ходьбы и приехала на нее в 2012 г. в Рубэ, а также Владимир Илларионов (отец велоориентировщицы и кантрийщицы Кати Илларионовой) и Ирина – тоже бывшая спортсменка.

У мужчин было 11 участников: наш Дмитрий Осипов (51 год) – 9-кратный участник и 7-кратный победитель. С первого взгляда на Диму понятно, что его форма и настрой позволят ему еще долго продолжать эту серию. Трое молодых (около 30 лет) друзей: Флориан Летурно (2-е место в прошлом году), Седрик Варан и Матье Оливарес (в призах на ПЭ еще не были, но сутки ходят на уровне Флориана). Легендарный Эдди Розе (47 лет) – быстрый ходок и участник ОИ, которому в последние годы удается дойти до финиша примерно в 10 процентах соревнований 24+. При этом Париж-Эльзас он дошел до конца целых три раза. И не менее легендарный Эммануэль Лассаль (36 лет) – любимец публики, один раз бывший вторым на ПЭ, которого давно не было видно на соревнованиях из-за травм. И еще несколько менее известных, но регулярно участвующих на 24-28 часах французских ходоков средних лет.



Посмотреть на наш старт, как обычно, приехала Настя dao_nyxa, живущая неподалеку, и вскоре написала об этом два длинных поста: 1 и 2.

Как всегда, всех участников вызвали на сцену по одному, перечислив все регалии. Рядом со сценой мы с Ирой впервые увиделись с нашей главной, как тогда казалось, соперницей – Эрин. Первое воспоминание о ней: она видит у парня-волонтера на футболке надпись «F*ck Trump» и радостно показывает ему большой палец в знак одобрения. Меня разбирает смех от этой сцены, а Эрин в качестве объяснения еще перерезает указательным пальцем шею – «во как достал».



Первый этап (9,2 км) проходил кругами по 1,15 км. Со старта Эрин сразу понеслась так, что даже пытаться за ней угнаться было бессмысленно. Какое-то время она была даже впереди мужчин, потом пошла вровень с Эдди Розе. В середине дистанции меня округлила. Я шла как могла, надеясь избежать хотя бы округления Ирой. И это мне удалось: от Эрин я отстала на 12 минут, а от Иры – всего на две. Остальные женщины пришли вскоре после меня. В.Илларионов ругал Веру за то, что шла на слишком высоком пульсе (180), и ставил в пример меня, которая «шла не спеша», но на самом деле это была практически моя максимальная скорость. Средняя на этом этапе у меня получилась 9,1 км/ч.


<Эрин и Эдди>


<Первый этап>

После финиша я подошла к Эрин, которая уже была в розовой майке лидера, и пожала ей руку. Она в ответ тоже стала меня поздравлять и уверять, что и я прекрасно шла.

Самое большое удовольствие для меня между этапами – валяться (а часто и спать) по дороге в нашей машине – бернаровском Пежо. Ребята раскладывают одно из задних сидений, и получается лежанка как раз для моего роста, куда кладется пенка и рюкзак под голову. Именно об этом райском месте я мечтаю две трети длинного этапа.

Второй этап был тоже невелик: большой 35-километровый круг из Шато-Тьерри с финишем там же. Раньше этот этап шел в Дорман, но теперь, в трудные времена, все делается для облегчения сопровождения трассы. Шато-Тьерри – симпатичный городок, в котором проводится суточная ходьба в марте и в котором живут фавориты соревнований – Флориан Летурно и Седрик Варан.


<Второй этап>

В этом году параллельно с основной – длинной – дистанцией ввели еще зачет попроще: так называемый La Noceenne: около 120 км в сумме, разбитые на несколько этапов. Первый этап, если не ошибаюсь, проходил как раз параллельно с нашим вторым. Узнать этих людей (вернее, их кемпинг-кары) можно было по номерам, начинающимся на "тройку". Мужчины же с основной дистанции на этом этапе не финишировали, как мы, через 35 км, а шли больше 300 км за раз (с одним 2-часовым отдыхом) до самого Эпиналя.

Здесь я обошла многих участников – в основном с короткой дистанции, но мне было важно обогнать Иру. Казалось бы – впереди длинный этап 200 км и обогнать еще успеется. Но мне хотелось на длинном этапе стартовать спокойно в своем темпе второй (впереди – только Эрин) и не вовлекаться ни в какие гонки, поэтому пришлось погоняться прямо в этот вечер – при обгоне Иры и ее долгом сидении у меня на хвосте. Вспоминаю, что на этом этапе мне было не до болтовни и я отдавала команды Коле очень коротко: все силы шли на поддержание темпа. Средняя скорость получилась 8,13 км/ч, что вообще-то не быстро – видимо, просто я сейчас в такой форме. После этого этапа мое отставание от Эрин составляло уже 42 минуты, а Ира была сзади в 2 минутах. Финиш был за полночь.

Дальше – опять благословенный отдых. Мы поехали в гостиницу и могли спать хоть до следующего обеда, потому что старт длинного этапа – только в 17 ч (соответственно, для меня с гандикапом – в 17.42).


31 мая

Спала я плохо, проснулась рано и перед стартом, валяясь в машине, все пыталась хоть немножко заснуть. Коля с Алиной уже затарились продуктами на длинный этап. На улице стояла такая же жара, что и в предыдущий день, и в прошлые годы.

В одну из наших прогулок по городку Vitry-le-Francois мы увидели готовящуюся стартовать Эрин. Она была в майке, шортах-велосипедках и выглядела так, будто собирается и длинный этап пройти так же легко и непринужденно, как первые два. Мне же от ее гигантского отрыва уже было не по себе. На первых двух моих Париж-Эльзасах такого у меня не было. При этом многие болельщики, волонтеры, представители команд других участников мне говорили, что я все равно буду первой. С одной стороны, я и сама на это надеялась, а с другой - смущало это реноме непобедимой: а вдруг не оправдаю доверие? В этот момент я ощущала полное отсутствие сил, недосыпание и усталость после предыдущего дня. Я задавала всем своим риторический вопрос: где взять силы? Удастся ли их сгенерировать прямо на этапе?

Дима Осипов и Флориан Летуро, прошедшие уже много километров, были где-то между Эрин и мной – их старт я пропустила. Но мне было легче оттого, что есть какие-то промежуточные ориентиры.

После старта сначала нужно было сделать четыре небольших круга по городу в сопровождении мотоциклиста, а потом уже выходить на основную дорогу. Солнце нещадно жарило, но, к счастью, довольно скоро должно было выключиться до утра.


<Перед закатом 31 мая>

В этот раз я шла уже в комфортном для себя темпе и делилась с Колей, ехавшим на велосипеде, своими соображениями: до середины ночи разрыв между Эрин и мной вполне еще может расти, но с какого-то момента должен стабилизироваться, а потом в идеале и падать начать. Так все и происходило. Рост был медленный, но верный: видимо, Эрин перешла на более экономичную технику. Если она умеет так переключаться, то мои шансы ее обогнать очень призрачны. На первом КП между нами было 47 минут, затем 53, 56. И после полуночи наконец пошел дождь, а потом и ливень. Каждая моя клеточка радовалась: во-первых, вода – вообще моя стихия, во-вторых, дождь прекрасен после дневного зноя, а в третьих, любая непогода является моим конкурентным преимуществом.


<Эрин вечером 31 мая>

Правда, поскольку это была уже ночь, я, походив немного под этим душем, надела на себя полиэтиленовый дождевик, купленный перед стартом заботливой Алинкой, и шла в нем ближайшие полночи. Образовалось много луж, некоторые спуски стали скользкими. У меня теплилась надежда, что Эрин этот дождь хоть немного замедлит: например, за счет ее переодевания или переобувания. Но не тут-то было: на следующем КП между нами было уже 59 минут. Зато до Флориана Летурно осталось всего 15 минут, и я уже предвкушала нашу скорую встречу: хоть какое-то разнообразие в ночи, как вдруг вспомнила, что у мужчин именно на этом КП – Bar-le-Duc – обязательный 2-часовой отдых, и скорее всего, до самого Эпиналя я никого из них не увижу. Пришлось поставить себе другую цель: не дать Эрин обогнать меня на час. Все-таки час – это психологически важный рубеж, и мне не хотелось, чтобы она его перешла.

И через два с небольшим часа на следующем КП (Ligny-en-Barrois), на который я пришла в 3.45 – уже без дождя, меня ждал сюрприз: Эрин всего в получасе впереди! Я старалась не сильно радоваться, придумав себе самый пессимистичный вариант: она не спеша переоделась, посидела и сейчас рванула с новыми силами. Чаша весов еще может качнуться в ее сторону. Да и эти полчаса я могу не успеть отыграть до самого финиша.

Каково же было мое удивление и разочарование, когда через несколько километров я увидела фургон Эрин, а за ним и ее саму собственной персоной. Она была уже в теплой одежде и шла довольно медленно. На вопрос «что случилось?» она ответила, что все в порядке, но пришлось немного заклеить ноги.


<где-то вскоре после обгона Эрин>

В момент встречи с Эрин Алинка ехала за мной на велике, Коля вел машину, а Бернар спал, и мы с Алинкой уже придумали разыграть Бернара – делать вид, что я по-прежнему гонюсь за Эрин. Но Алинка, пойдя предупредить об этом Колю, увидела такую сцену: Коля показывает проснувшемуся Бернару видео моего обгона, а тот радуется как ребенок.

Вы спросите – чем же я была недовольна, если я так хотела догнать Эрин и вот мое желание осуществилось. Но я-то настраивалась на многочасовую интересную борьбу, и теперь ощущала, будто меня продинамили. Моя скорость после этого тоже упала. Я шла и говорила Коле: «Еще больше ста километров до Эпиналя. Какой стимул себе придумать?»
Но, видимо, высшие силы услышали эти мои слова и заскучать мне не дали.


1 июня

В Gondrecourt я пришла уже в светлое время – в 8.07 - и отметилась у сонных волонтерш. Судей по трассе пока курсировало маловато: многие еще не проснулись. Отставания соперниц я не знала, но догадывалась, что они неблизко.

Вскоре после КП я заметила, что давно не было стрелочек. Я сказала об этом Коле, он передал Бернару, но тот всех успокоил: мол, по описанию все правильно. Что за описание такое? Я наивно предположила, что Бернар имеет в виду легенду. Чуть позже я опять подняла этот вопрос, и снова без толку. Наконец я стала бить тревогу и требовать остановиться. И в этот момент приехала судейская машина, женщина в которой тоже была обеспокоена отсутствием разметки. Они вступили с Бернаром в бурное обсуждение, стали куда-то звонить. А я заставляла Колю и Алинку искать на карте населенный пункт, который был написан на недавно проехавшем автобусе, - по пути он нам или нет? Наконец женщине-судье кто-то сказал по телефону, что развилка была около 4 км назад, и нужно ехать туда. Я уже собралась возвращаться туда пешком, но Бернар сказал, что по правилам соревнований нам можно вернуться туда на машине. Мы поехали назад. Действительно, через 3,8 км появилась дорога, отходившая от нашей, но на нее не указывала ни одна стрелка! Мы с Алинкой хотели выйти прямо там и пойти оттуда, но Бернар заявил, будто договорился с организаторами, что эти 3,8 км, которые мы проехали не в ту сторону, нам тоже можно проехать на машине, но уже в нужную сторону. Это звучало очень странно, но он нас уверял, что это слова самого директора - Жана Сесийона. Мы вышли из машины, чуть-чуть обогнав Иру, и пошли дальше. А Бернар поехал искать Колю, ехавшего на велосипеде, чтобы тот не заблудился.

Пройдя около километра, мы опять увидели Бернара, выходящего из нашей машины и кричащего нам, чтобы мы садились обратно: надо все-таки ехать назад на развилку! Прямо скажем, энтузиазма это мне не прибавило. Как же так случилось? Оказывается, Бернар тогда действительно звонил Жану Сесийону, но тот его не слышал и ничего не мог подтвердить, поэтому он решил, что можно полагаться на слова рядового судьи, которого он встретил на дороге. Когда же ему удалось поговорить с Сесийоном, тот удивился и, естественно, потребовал вернуться обратно на развилку, что, собственно, и соответствовало правилам соревнований. Если бы я изначально пошла от развилки, то потеряла бы гораздо меньше времени! Мы стали возвращаться, опять оказались сзади Иры и, немного не доезжая развилки, встретили еще две судейские машины. Опять бесконечные обсуждения и звонки, но в этот раз я уже активно вмешивалась, потому что чувствовала, что мое первое место может легко (и крайне глупо) от меня уплыть. Наконец нам разрешили стартовать прямо оттуда, и я пошла, невероятно злая и раздосадованная и плохо представляющая масштаб бедствия. По моим прикидкам, теперь я отставала от Иры минут на 18. Как потом оказалось, на КП непосредственно перед этим происшествием она была сзади в 22 минутах. Т.е. эта невнимательность стоила нам 40 минут…

Судьи продолжали мне кричать при встрече «алле» и «браво», но отвечать уже не хотелось. Через полчасика один из них – видимо, чувствовавший себя наиболее виноватым, - сообщил мне отставание от Иры: 14 минут. Это показалось мне не смертельным, и я немного воспрянула духом. А фоном шла мысль: ты же сама хотела развлечений! Вот и получи.

14 минут – с одной стороны, не очень много. А с другой, на втором этапе я несчастные 2 минуты отыгрывала у Иры чуть ли не 35 км. Но теперь правда на моей стороне: я пострадала по вине организаторов и невнимательности команды, и это должно дать мне дополнительные силы…

Эту победу я выгрызала зубами. Опять наступила жара. Пришлось переодеваться, надевать мокрую футболку и кепку. Ирин кемпинг-кар не скоро начал появляться на горизонте, и только на очень длинных перегонах. Я просила Колю и Алину засекать, в каком месте мы его видим и когда это место пройду я, но это очень приблизительные измерения. Приближалась я к Ире в час по чайной ложке. На ближайшем КП (Coussey в 12.04) до нее было 13 минут, на следующем (Gironcourt в 15.46) – 9 минут, и только к Mirecourt (в 18.17) мне удалось подойти к ней почти вплотную. Т.е. обгон занял около восьми часов!


<Обгоняю Иру около Миркура>

Мне хотелось не только стать первой, но и обеспечить себе приличный задел на следующий день, чтобы не участвовать больше в навязываемых мне гонках. Но, обогнав Иру, я довольно долго шла перед ней и не могла никуда уйти. Только подъемы меня немного выручали, но спуски откатывали назад. Через некоторое время я подумала, что скоро не выдержу этого темпа, опять пропущу ее вперед и все начнется заново… Но к счастью, мне удалось ее перетерпеть.

К последнему КП (Madonne-et-Lamerey) я оторвалась только на 3 минуты. Оставались последние 19 км. Обычно они для меня самые трудные и кажутся очень долгими. И в этот раз тоже. Взбадривали меня только встречи с Ириной группой поддержки. Точно так же, как в 2015 и 2017 годах, одна из их машин – коричневая Вольво – заезжала вперед, останавливалась, и многочисленные мужчины из ее команды засекали время прохода мимо них, оценивая заодно мой темп и технику. В первый год они меня возмущали, во второй я почти не обращала на них внимания (только мой помощник Витя каждый раз громко и натуралистично кричал им ослом «Иа-иа» в знак неодобрения). В этом же году я каждый раз радовалась их появлению и воспринимала это как знак, что надо собраться и ускориться. Но на последнем участке и это не очень помогало. Пришлось попросить Колю пройти последние километры рядом со мной (а Алину – сесть не велик вместо него).

Приход в вожделенный Эпиналь – всегда в темноте и всегда очень торжественный. И всегда в нем впервые на меня надевают розовую майку лидера. Но в этот раз майка была не готова, и во время ее ожидания я узнала от Жана Сесийона, что Вера Мирошниченко и Кэти Крилли сошли, а Клоди Бизар впереди Эрин. Там же я узнала, что у мужчин в зачете осталось только четверо. Было очень жалко Веру: после того как Эрин просела, я всю дорогу мечтала о российском женском подиуме.


<Дима с Ирой в Эпинале>

Через 17 минут после меня вместе пришли Ира Путинцева и Дима Осипов. Оказалось, что Дима сегодня тоже заблудился – не там, где мы, а после обязательного отдыха в Bar-le-Duc, - прошел целых 8 км лишних, и ему тоже пришлось заново обгонять Флориана Летурно.


2 июня

После поселения в гостиницу, душа и обработки мозолей спать нам осталось часа три, но и это было огромное счастье – удалось немного прийти в себя.


<Старт в Планфанге>

На последний этап в Планфанге (56 км) мы, как всегда, вышли с Димой Осиповым в 9 часов утра. Остальные соперники стартуют сзади с гандикапом, но все остающие более чем на час стартуют ровно в десять. Обычно я хотя бы пару сотен метров иду рядом с Димой, но в этот раз сразу отстала. И вообще шлось не очень: на одной ноге мозоли, на другой – жесткий наколенник и тейп на лодыжке… Мечта была та же, что и каждый год: спокойно дойти до конца, ни с кем не соревнуясь. И, как всегда, ей не суждено было сбыться…

На этом этапе есть прекрасное место: канатная дорога, куда даунхиллеры поднимаются вместе со своими велосипедами, а потом съезжают в своих фулфейсах по крутому грунтовому спуску.


<Канатная дорога>

Первые две трети этапа все было практически идеально: горы, облачность, возможность улыбаться и отвечать на приветствия. На первом КП, как посмотрела Алина в интернете, Ира отставала от меня на те же 17 минут, т.е. шла с моей скоростью, так что я продолжила идти примерно в том же темпе и медленнее.


<Белое озеро>

И вдруг Коля говорит: «Сзади чей-то кемпинг-кар». Я прикинула, что для Флориана и Эрин рановато, а Ире тоже вроде неоткуда взяться, и решила, что он какой-то левый. Но вскоре Коля мне сообщил, что Ира подошла вплотную. И почти сразу – что ее машина уже обогнала нашу. И сзади я действительно услышала Ирино дыхание. То есть мне, пытавшейся избежать любого напряжения на этом этапе, предстояла настоящая очная борьба.

Было совершенно непонятно, как так могло получиться, но пришлось срочно выходить из спячки и вспоминать технику ходьбы. БОльшую часть пути на Париж-Эльзасе я (да и многие другие) идем очень упрощенной техникой, с малой амплитудой движений. Конкретно я – потому что она менее энергозатратна и меньше нагружает колени и голеностопы. Когда я пару раз на длинном этапе пыталась ускориться и пойти более технично, сразу ощущала боль в обоих суставах. Но сейчас я забыла обо всем и пошла, как говорится, «в полной координации». В этот момент я еще была довольно свежей, потому что, в отличие от Иры, гнавшейся за мной несколько часов, шла эти часы нога за ногу и глазела по сторонам. Но понимала, что эта свежесть ненадолго, так что каждые минут десять закидывала в себя что-нибудь сладкое и/или кофеиносодержащее.

До финиша оставался 21 км, и стояла страшная жара, но мне было не до нее. Я шла и просила у мироздания побольше подъемов, чтобы хоть чуть-чуть оторваться. Спуски для меня – это не только тяжело и сложно. Именно они больше всего долбят по коленям и разбивают лодыжки. Но сейчас и на спусках я почти не отставала, и удивлялась, что ничего не болит. Обычно кофеиново-эндорфиновое обезболивание таким сильным и долгим не бывает. А у меня оно длилось до самого вечера.


<Эльзасский городок>

Вечером после финиша я пытала свою команду: как им удалось проморгать Иру? В прошлом году все были в тонусе, обновляли страничку и все время сообщали мне разницу между нами. В этом нет онлайн-слежения, а с КП информация редкая и скудная. Но можно же было хоть иногда оглядываться назад, наводить справки у судей или каких-нибудь людей на обочинах? Бернар утверждал, что он давно знал, что Ира приближается, но Алина с Колей ему не верили и велели молчать, чтобы не создавать панику…

К последнему КП (Kaysersberg) мне удалось уйти от Иры на две минуты. Но я продолжала молотить, особенно на подъемах, опасаясь новой атаки. А сама думала: если бы Ира проделала этот номер с внезапным появлением сзади попозже – перед самым финишем, я могла бы растеряться, не поддержать ее рывок и лишиться своего места.

В общем, все хорошо, что хорошо кончается. Когда я увидела табличку «Ribeauville», первая мысль была - попросить Алинку взять на финиш побольше еды и питья и теплую одежду, потому что я вспомнила, как я там в прошлые годы голодала и мерзла. Этой едой потом удалось и Эрин подкормить.


<финиш с флагом>

Финиш мой был, как обычно, «в мантии из флага» (это я Настин пост цитирую). И мне кажется, я была свежее, чем в предыдущие два раза. Обнимаясь с людьми на финише, увидела среди них сошедших Кэти и Веру, а также участницу нескольких Париж-Эльзасов Сильви Мэзон.


<Команда на финише>

Алина с Колей поехали забирать Колину семью из горной гостиницы, а я осталась общаться. На финише было много интересных людей: например, Людмила Нитяговская, живущая в Баден-Бадене, в молодости - участница олимпиад по ходьбе. Именно она познакомила Диму с Сергеем Сыстеровым из Перми, который стал в этом году его помощником и прошел с ним большую часть дистанции. И сейчас она сплотила русских участников и помощников вокруг себя.


<С.Сыстеров, Л.Нитяговская, Д.Осипов>

Финиш короткой дистанции (La Noceenne) был тоже здесь, так что участники приходили довольно часто. Пришли Ира (2-е место), Клоди Бизар (3-е) и, наконец, Эрин (4-я), ставшая первой американкой, дошедшей Париж-Эльзас до конца. Мы разговорились с ней и ее мужем Дэйвом. Они живут в Овего (к западу от Нью-Йорка). До встречи с Дэйвом Эрин жила в Нью-Йорке и играла на гобое в оркестре. На Париж-Эльзас она хочет когда-нибудь вернуться, но не в ближайшие годы: сейчас ее цель – олимпиада в Токио в 2020 году.

Мужская тройка получилась такая: Дмитрий Осипов, Флориан Летурно, Седрик Варан. Четвертым и последним закончившим дистанцию был Серж Жоржелан.

На цветочной церемонии организаторы объявили, что сейчас я буду петь гимн России a capella. Не то чтобы для меня это было неожиданностью – Бернар предупреждал, но все равно было страшновато: на фоне усталости и недосыпания поется не очень. К счастью, русские, присутствовавшие на церемонии, мне немножко подпели. Главное было – не сбиться, глядя на некоторых из них, поющих слова советского гимна. Вот это видео (гимн – начиная с 2.09).

В этот раз народ с площади после церемонии разбежался довольно быстро, и нам даже не с кем было допить наше шампанское. Зато впереди нас ждал традиционный ужин в гостинице La Canardiere, и неизменная табличка на ее стене):


<у гостиницы La Canardiere>

3 июня

Утром мы так долго завтракали и собирались, что опоздали на награждение. Было очень стыдно заставить себя ждать такое количество людей.

В этот раз награждали уже всех участников, которые дошли или доехали до Рибовилля. Здорово было всех увидеть, да еще и в праздничной одежде. Нам с Димой, как обычно, дали вазы из севрского фарфора с президентского завода, а также всякие сувенирчики.


<Женское награждение>

Во время моего награждения мне стали кричать с разных сторон, чтобы я опять спела гимн, но я в ужасе отказалась. Тогда они стали требовать какую-нибудь другую песню, чем повергли меня в еще большую растерянность. На уме вертелась только «Огней так много золотых», но казалась неуместной в такой торжественной обстановке. Наконец стали награждать других людей, и я подумала, что меня пронесло, но минут через десять организаторы внезапно опять объявили мой гимн. В этот раз я растерялась меньше, но Коля с Бернаром от неожиданности включили запись только в середине гимна.

Огромное спасибо всей моей команде: Бернару Оже, Алине Шмаковой и Коле Терещуку, а также всем участникам, волонтерам и организаторам. Надеюсь, что, несмотря на финансовые и прочие трудности, Париж-Эльзас будет проводиться еще очень долго. У меня и у других русских еще большие планы на этот старт, да и песен я уже заготовила на много-много лет).

Протокол Париж-Эльзаса-2018

Отчет американки Эрин Тейлор-Талкотт о Париж-Эльзасе-2018

Моя статья «Париж-Эльзас. Как это устроено», написанная в 2017 г.

Мой отчет о Париж-Эльзасе-2015
Колин отчет о Париж-Эльзасе-2015
Алинкин отчет о Париж-Эльзасе-2015
Tags: спорт, ходьба
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 19 comments