tanma (tanma) wrote,
tanma
tanma

Отчет о бревете 1200 км в Китае 8-11.10.16

В этом году я не планировала длинные бреветы, и вообще накат был минимальным: одна двухсотка и около десятка поездок на работу. И в Азию я в ближайшее время не собиралась – в прошлом году на Тайване была. Но, узнав, что в Китае впервые проводится 1200 км, пропустить я это не смогла. Присутствовать при начинаниях – будь то зарождение нового формата, освоение нового района или еще что-нибудь – всегда интересно и полезно. Например, это позволяет зарядиться от организаторов и волонтеров энтузиазмом и живой энергией, еще не поставленной на поток.

Первым, как обычно, туда собрался президент нашего клуба – Миша Каменцев, а потом присоединились мы с Сергеем Тонковским. Если вспомнить, ни разу я не была на международных бреветах без Миши, а их у меня было шесть.

Китайскую визу оказалось получить непросто, гораздо сложнее, чем тайваньскую. Нас с Мишей дважды футболили из-за ерунды, пришлось много стоять в очередях в рабочее время. Знать бы раньше – сделали бы через турфирму, как Сергей.


5 октября
В Пекин мы с Сережей прилетели 5 октября утром. Таксисты заламывали цену вдвое выше реальной, официального такси видно не было. В результате мы поехали на автобусе, а потом прогулялись километр пешком. Номера в гостинице были шикарные, но почти у всех была странная китайская особенность – туалет без двери, а часто и с прозрачной стенкой. Видимо, у китайских супругов и коллег по работе нет секретов друг от друга. А еще меня восхитили красивые фарфоровые раковины.


Вечером Сережа поехал смотреть теннисный турнир China Open, а я пошла гулять с бегуньей Ин Шанг, знакомой мне по прошлогоднему Тайваню (отчет здесь). У нас получилась очень интересная беседа, но об Ин и сверхмарафоне в Китае я лучше отдельно напишу. На прогулке мы видели много танцующих людей на улицах. В основном это были пожилые женщины - у них что-то вроде кружков: и движение, и общение. А в других местах кружились под музыку пары средних лет, как на танцах в санатории.


Дорожное движение в Пекине меня поразило. То, что пешеходов не пропускают на переходах, еще куда ни шло – у нас тоже еще недавно так было. Но их не пускают даже на законный зеленый! Едут прямо на тебя и возмущенно тебе сигналят. Большие машины еще иногда уважают знаки светофора, а велосипеды и вся мототехника вообще на них не смотрят.



6 октября

Под утро приехал Миша с организатором бревета Гансом. Это был круглый маленький лысый человек лет 35 с массивными желтыми бусами на шее. Ганс – это имя, придуманное им самим для общения с европейцами – так принято в Китае. А немецкое оно потому, что Ганс раньше работал в германской строительной компании.

Именно Ганс начал рандоннерское движение в Китае – в 2009 году. На прошлогодний ПБП приехало 60 китайцев. По словам Ганса, им пришлось тяжело: почти никто из них не говорил по-английски, а еда была тяжелой и непривычной – слишком много белка. Сошло или не уложилось в КВ 27 человек, в том числе и сам Ганс, который был вынужден всю дорогу по телефону решать проблемы своих соотечественников и не успел за 90 часов. Зато в самом Китае рандоннеров уже приличное количество: на двухсотках у них собирается до 2500 человек (рекорд посещаемости был поставлен в Шанхае). При этом до сих пор не было ни одной 1200, эта должна была стать первой. Судя по тому, как китайцы зазывали на этот бревет иностранцев, я думала, что участников ожидается не больше 50, поэтому цифра 450, названная Гансом, меня впечатлила. Кстати, из иностранцев приехали только мы втроем и еще один парень из Малайзии и француз из Гонконга, оба говорящие по-китайски. Как сказал Ганс, «кроме вас белых нет». А я-то думала, «белые» только сами так себя именуют.

Перед отъездом в Тяньцзинь мы с Гансом пошли обедать в столовую неподалеку. Он заказал нам пельмени с 4 видами начинки. Они там распространены и похожи на наши. Хотелось запить их чайком. Рядом стоял большой самовар, как для бочкового кофе в пышечных. Иногда к нему подходили люди с плошками. Оказалось – это вовсе не чай и даже не кипяток, а бульон от пельменей. Я попробовала его пить, но не смогла. Никаких других напитков там не нашлось, пришлось Гансу сбегать в магазин за холодным чаем в бутылках. От тотального отсутствия чая мы страдали всю поездку.

До гостиницы в Тяньцзине мы доехали на машине за пару часов. Она была на задворках, в огромной промзоне типа Парнаса, только дороги там были примерно втрое шире. Из наших окон был виден велозавод Giant – один из двух в Китае.



Около гостиницы мы обнаружили людей в желтых куртках c надписью PBP. Я было подумала, что эти куртки сшиты как командные к прошлогоднему ПБП. Но повсеместные надписи PBP – на плакатах, флагах и автобусах – настораживали. Оказалось, бревет, на который мы приехали, тоже называется PBP (хотя его маршрут – Тяньцзинь-Циндао-Тяньцзинь). Ганс сказал, что так проще запомнить, ведь слова «бревет» никто не знает. Но скорее всего, ему просто захотелось сделать китайское подобие этого великого действа. Подражания ПБП в разной форме мы встречали на всем маршруте.

В номере было какое-то загадочное узкое сооружение. Если это лежанка, то почему такая узкая? Если массажный стол, то почему с таким наклоном?


Ужинать Ганс нас повел в ресторан при гостинице, и там мы впервые увидели его жену – дизайнера журнала. Это девушка анимешного вида с пышными кукольными волосами. Она почти не знает английского, так что в основном молчала. Ганс сказал, что она как-то раз ездила двухсотку. Они оба разделись до маек и оказались сильно татуированными, причем рисунки были похожи.

Ганс посетовал на сложность и дороговизну организации такого масштабного бревета. Было задействовано около 450 волонтеров – т.е. по одному на участника, и всем надо было оплатить проезд и проживание.

Вечером мы с Сережей поехали прокатиться на велосипедах километров на 20. Обнаружили на шоссе справа большую полосу, отделенную сплошной линией, - очевидно, для велосипедов, и обрадовались, что будет удобно ездить даже по загруженным дорогам. Но радость эта была преждевременной.


7 октября

На завтрак был шведский стол. Мало что на нем было привычным и съедобным. То, что выглядело как сосиски, всегда оказывалось сладким и без мяса. Чая не было. Соки представляли собой разведенный порошок типа инвайта. В основном на лотках лежали растительные и соевые закуски, которые предполагалось добавлять к рису. Было несколько видов мучных изделий типа хлеба, все жареные. За неделю в Китае мы полюбили слоеные круглые булки, но редко удавалось найти несладкие. Такое ощущение, что сахар кладут буквально во все.

За завтраком мы познакомились с французом Пьером. Он живет в Гонконге уже 22 года, но довольно плохо знает китайский – не пользуется им ни на работе, ни дома. А работает он представителем шоссейной марки Time и еще нескольких брендов. Женат на француженке с Мадагаскара, живет в своем домике на берегу океана, занимается серфингом и считает, что лучше тратить больше времени на дорогу, чем жить в небоскребах.

У Пьера были билеты на самолет на утро вторника, т.е., чтобы успеть на него, он должен был проехать бревет часов за 60 с небольшим.



На церемонию открытия и на проверку велосипедов мы поехали на автобусе с символикой PBP. У нас проверили фонари, тормоза и шлемы. В стартовом пакете дали веломайку – сине-бело-красной расцветки, как и во Франции (но там флаг такой, а в Китае-то это при чем?)), жилетку почти как на ПБП, жгучий крем для суставов.

Церемония проходила в большом центре им. Антонио Самаранча. На стенах висели плакаты из истории китайского рандоннерства. Начало задержали на 2 часа, народу было мало, говорили только по-китайски, но нам все равно было интересно. Наградили самого быстрого китайского рандоннера, который проехал прошлогодний ПБП за 67 часов. А после него – самого Ганса за вклад в движение.


Оказалось, что старт будет в 10 часов, а не в 9, как писал нам Ганс в письмах. Жаль: и так мало светлого времени.

Вечером мы делали последние приготовления к бревету и скачивали треки, которые довольно сильно расходились с легендой.

8 октября

После завтрака мы с Сережей поехали на старт, а Миша еще собирался. На старте была праздничная атмосфера, все хотели с нами сфоткаться, и было довольно сложно от этого уклониться. Такое внимание к нам продолжалось весь бревет. Некоторые, завидев нас на КП, бросались фоткаться по третьему разу, уже без церемоний – просто хватали нас за руки и тащили в нужную сторону.

Миша появился за полминуты до старта, одетый в короткую форму, а мы и в длинной мерзли.


<Старт>

В 10 часов все тронулись. Пьер предупреждал нас, чтобы мы были очень осторожны при езде в группе, и мы это сразу ощутили – нас и друг друга нещадно подрезали, и вообще двигались беспорядочно, как и другие транспортные средства в Китае. Народ был разношерстный. Попадались люди на топталках, на байках. Минимум двое байкеров тащили за собой в рюкзаках стационарные насосы. Но большинство, наоборот, были совсем налегке. На маршруте мы видели участников, которые многие километры возили на руле пакеты с едой, потому что больше их некуда было деть.

Миша рванул вперед с самого старта, но мы знали, что еще увидимся.



По дороге попадались участки плохого асфальта и даже грунтовый объезд ремонтируемого моста. А еще стояли длинные пробки из фур, которые было почти невозможно объехать. А в городках было бешеное движение во всех направлениях. На 3-4-й день я попривыкла и стала уверенней себя чувствовать, а сначала меня страх столкнуться с кем-нибудь просто парализовывал: я останавливалась и всех пропускала. Наша широкая полоса, которую мы сочли велосипедной, предназначена для любого медленного транспорта, причем он передвигается по ней в обоих направлениях. То есть навстречу нам то и дело кто-нибудь ехал, выталкивая нас на автомобильную часть. А еще на веломотополосу не гнушались выезжать машины и даже фуры при обгоне друг друга. Правда, они при этом бешено сигналили, так что не заметить их было трудно. Непрерывные гудки поначалу нас неимоверно раздражали. Каждое транспортное средство считало своим долгом возвестить: «я еду, берегитесь все!», даже если на ближайших от него двух полосах на километр вперед никого не было.



На первом КП (110 км) по-английски никто не говорил, даже молодые волонтеры, и так было почти везде. Нас отметили и дали бананы и воду. Люди заезжали в какие-то забегаловки по дороге, но мы решили доехать до второго КП и поесть там. А пока закидывались мелочью из сумок и карманов.

Вскоре на нашей полосе появились зерна кукурузы, которые были насыпаны прямо на асфальт. Видимо, она сушилась и, казалось, предназначалась на корм скоту. Мы посмеялись, но еще не знали, насколько это всерьез и надолго. Кукурузные дороги простирались на много километров, оставляя совсем мало места для транспорта. Временами там лежали целые початки и сидели женщины, чистящие их. А иногда и пустые кочерыжки так же аккуратно были выложены – они-то для чего, интересно.


По дороге мы встретили Мишу, и на второй КП приехали вместе с ним. К нашему изумлению, еды и там не оказалось. В свое время Ганс нам писал, что они приглашают местные рестораны готовить еду участникам за плату. Где же они?

Отъехав некоторое расстояние от КП, мы увидели велосипеды около какой-то столовой, и зашли туда. Все столовые представляли собой аскетичные помещения с простыми столами, совершенно не опознаваемые снаружи. К концу бревета, когда народ подрастянулся, было очень трудно найти, где поесть и где купить еды. Ткнешься в одно место – там шины продают, в другом парикмахерская. Так и едешь дальше несолоно хлебавши.

Мы взяли на троих пельмени и огромную бадью супа из яиц и зелени, а еще набрали с собой булок. Заодно я подзарядила фару и телефон.


Спальных КП было довольно мало: один на 300-м километре, а следующий уже на 450-м. Шансов проехать 450 км к ночи почти не было. Почти весь путь от второго КП мы проделали все вместе, и за это время кукуруза из объекта шуток превратилась в ночной кошмар. Я всю жизнь плохо вижу в темноте, даже при хороших фарах, так что всегда замечала ее в последний момент. А один раз чудом успела увильнуть от кирпича, которым она была ограничена. Местами кукурузу уже убрали, а кирпичи так и валялись посреди дороги.

Езда втроем получалась очень медленной. Когда впереди ехал Миша, он задумывался и забывал крутить педали, я - тормозила, пытаясь ни на что не налететь, а Сергей вообще не любил ехать первым.

То тут, то там виднелись красиво подсвеченные высокие здания. Сначала мы думали, что это жилые дома, но вблизи они все оказывались заводскими корпусами. Вообще, все время чувствовалось, что мы в индустриальной стране. Мы ощущали широкий спектр запахов – часто пахло йодом, но в основном чем-то незнакомым.

На третий КП мы приехали около 23 ч. Миша хотел ехать дальше, а мы стали выяснять про ночлег. Спальные места там, как и на других КП, находились в большом шатре и представляли собой надувные матрасы. Я попросила у волонтера одеяла. Он пошел их искать и исчез. Сережа стал нервничать и предлагать ехать дальше. Я была склонна искать платную гостиницу, потому что не очень верила в возможность заснуть в такой холод даже под одеялом. Тут вдруг вернулся волонтер и предложил нам пойти спать в какую-то комнату во втором этаже. Это оказался отдельный кабинет в ресторане - с жаровней, двумя креслами и двумя диванами. Хоть и там было прохладно, это было гораздо лучше, чем в шатре. Мы решили поспать около 4 часов – чтобы максимально сократить езду в темноте.


9 октября

Утром мы поели в этом же ресторане макарон с бульоном, и даже чай удалось выпросить – редкая удача. Потом пустились в путь. Это было самое холодное утро – около 5 градусов. У меня мерзли ноги, а у Сережи – руки: он не взял перчатки. К счастью, на обочинах валялось множество резиновых перчаток, правда почему-то в основном правые. Через час начало рассветать. Когда начало припекать солнышко, мы еще минут сорок поспали на траве.
Шоссе было прямым и скучным. Скуку развеяла группа в одинаковых красных майках, лидер которой знаками предложил нам следовать за ними. В этой группе мы проехали километров 30, за это время к нам присоединилось еще человек 10, а потом маршрут повернул на красивую узкую дорожку между деревьев, и там мы вскоре отстали и поехали одни.

Потом я еще не раз встречала эту группу. Это клуб Specialized из Шанхая. Они ехали дружно и довольно быстро, но небольшими кусками - часто останавливались по разным поводам. Один из них говорил по-английски и сообщил нам, что недавно был в Петербурге со своей мамой и был поражен его красотой. А на ПБП он, как и многие китайцы, не уложился в КВ.


В этот день мы периодически догоняли Мишу, потом он от нас уезжал.
Ужинать мы пошли в очередную столовую, и там поели очередного макаронного супа. На самом деле, супчики у них обычно пустые и несытные, в основном овощные, зато если заказать макароны, их чаще всего приносят с бульоном. Китайцы его оставляют или пьют прямо из тарелки, а мы с собой возили ложки – ими мы едим гораздо быстрее, чем палочками. Хотя ложки нам и так часто предлагали – фарфоровые и керамические.

Здесь я впервые увидела, как делают вермишель.



Вечером начался бесконечный город Циндао (2,7 млн.чел.), который мы проезжали несколько часов в этот день и все утро на следующий. Жаль, что все красоты остались в темноте, и моря мы почти не видели. Гостиницы на берегу все были пустые и темные, и на самом море не было ни огонька. А запах от него исходил совсем не морской, а какой-то канализационный.
Здесь же был и единственный горный участок на этом бревете. Вверх заехать едва хватало передач, а вниз болели пальцы от тормозов.

Некоторых участников сопровождали машины, причем, в отличие от ПБП, где разрешено помогать только на КП, они ехали за ними всю дорогу, делали остановки на кормление, настраивали велосипеды, а по ночам светили сзади фарами, чтобы было лучше видно. Бывало – ползешь в темноте, и вдруг на некоторое время становится удивительно светло. Это значит, повезло попасть в свет фар чьей-то машины.

Около часу ночи мы приехали на КП 660 км, на котором собирались ночевать. Я побаивалась, что спать на нем будут многие и нам не хватит места. Действительно, были проблемы и с матрасами, и с одеялами, и ночью мы подмерзли. В этот раз спали 3 часа.

Единственное, что мне нравится на китайских КП больше, чем на французских, - то, что там огромное количество розеток на любой вкус. За ночь можно подзарядить всю технику. Но китайские рандоннеры на это не надеются и многие возят с собой огромные внешние аккумуляторы. У меня тоже был такой, а еще я брала переходник для розетки на 3 дырки, но он пригождался только несколько раз в кафе, а в основном везде были универсальные двухдырочные.

<КП>

10 октября

С утра день не задался. На КП не было кипятка, и чаю попить не удалось. И почему-то в этот день мы это восприняли наиболее болезненно. У меня было ощущение, что без горячего не запускается какой-то мотор внутри меня.

Еще в Тайване в прошлом году я заметила, что чая почти нигде в общепите не бывает. И в этот раз взяла с собой чайные пакетики. Но кипятка тоже не было. Там, где он был, рандоннеры заливали его прямо в велофляги, и некоторые даже добавляли туда заварку из своих запасов. То есть чай они все-таки пьют. Но, видимо, это у них какой-то интимный процесс. Почти каждый китаец носит с собой термостойкую бутылку или термос. Даже в Питере китайские туристы ходят с такими бутылками, а на скандинавских паромах из них выстраивается большая очередь за кипятком. Но в общественных местах с чаем плохо. Зато если нам удавалось его выпросить, он всегда был бесплатным.


<около Циндао>

Вскоре после выезда мы увидели столовую под открытым небом, в которой было много рандоннеров. Среди них был Лоренс из Малайзии, прекрасно говорящий по-английски, который предложил заказать нам еду. Но ни макарон, ни мяса не было, а имевшиеся блюда вызвали у нас такое отвращение, что мы поехали дальше. Ничего горячего в ближайшие часа три нам больше не попалось. И вообще, на поиски столовой ушла уйма времени. Вечерами они работают часов до десяти, а вот до обеда что-нибудь работающее найти трудно.

Это был понедельник, и на улицах стали появляться дети и школьные автобусы. Большинство детей были в одинаковых спортивных костюмах – в разных районах разных оттенков. Некоторые носили пионерские галстуки – такие же, как у нас в детстве, но концы висят вместе.
В городах было не протолкнуться, а проехать и вовсе сложно. В основном из-за снующего в разные стороны транспорта. Больше всего распространены мопеды и мотоповозки. Чаще всего они небыстрые – около 20 км/ч. На них почти всегда ездят в попонах - иногда это просто старое одеяло с дырками для рук или куртка, надетая задом наперед, но чаще – специальная купленная. Наверно, их надевают для тепла, хотя зачем они тогда в теплые дни? Может, от пыли? Тогда почему только спереди?


Маршрут уже шел обратно. Неожиданно начало припекать солнце, и мы разделись. Во второй день было холодно, и ничего снимать не хотелось. Да и сейчас мы оказались самими знойными – почти все китайцы ехали в длинном.

В середине дня мы решили разделиться – Сережа великодушно отпустил меня вперед, чтобы не задерживать. До сих пор на бреветах мне не случалось ехать так долго с одним человеком, и я иногда даже этого избегала, потому что настоящим рандоннерством проникаешься именно при одиночной езде. К тому же, в компании соотечественников в чужой стране теряется много впечатлений и общения.

Я поехала вперед, и на тот момент была почти уверена, что догоню Мишу, зная его склонность экономить на сне и потом еле ползти. Тем более, что мне везло с группами. Еще до сумерек мне удалось опять проехать большой кусок узкой дороги со Спешами. Почти всех мы обгоняли как стоячих, но некоторых подобрали.


Потом я остановилась переодеться и поставить фару, и дальше около часа ехала одна по широкому шоссе, но тут появилась другая группа. С ней я ехала еще пару часов, и она разрослась человек до 20. Дорога была довольно опасной в темноте – на обочине валялся всякий хлам, а слева подпирали фуры. Их количество ночью сильно возросло, а ездили они довольно лихо и часто обгоняли друг друга по нашей полосе. Поэтому я всячески старалась удержаться в группе – ведь без нее я ехала бы вдвое медленнее. И не только из-за внимательного выбора траектории. Но и из-за стояния на светофорах.

Перекрестки в Китае гигантские, и стоять на многих из них положено долго – до двух минут. Все норовят проехать на красный, и я временами тоже, но крадучись и с большой опаской. Китайские же рандоннеры делают не так. Они едут смело, а если на пути машина, перегораживают ей путь ладонью на вытянутой руке. Иногда еще кивают или просто смотрят в глаза – в общем, считают, что договорились. И это действительно работает. Но когда они такое решили проделать с фурой, я струсила и не поехала с ними. Однако и фура остановилась!

Когда эта группа развалилась, меня тут же позвали поехать с ними два китайца. Вернее, один - долговязый байкер - только головой кивал, а второй – мужчина лет 50 - вполне сносно говорил по-английски. Я просидела за ними еще часа полтора, и меня начало страшно рубить, а до спального КП оставалось еще километров 30. Ничего не помогало, и я уже подумывала отстать. Но тут, как будто прочитав мои мысли, мои спутники остановились на заправке. Я там поела очень острой разведенной лапши, выпила холодный кофе из банки, и пришла в себя.
Глава нашей группы спросил, устраивает ли меня скорость. Когда я честно сказала, что его темп для меня высоковат, а вот у долговязого – в самый раз, он велел ему вести до самого конца. К нам присоединилась девушка, которая ехала с задорной музыкой. То она уезжала вперед, то мы ее догоняли.

Мы приехали на тот же КП, на котором я спала в первый раз – 300 км до финиша, а от старта около 860. Меня стали уговаривать ехать дальше. Но я уже настроилась спать и знала, что скоро меня опять начнет рубить. Поэтому я сфоткалась с ними и хотела уже попрощаться. Но не тут–то было. Лидер группы сообщил, что тоже решил заночевать здесь, а поскольку в шатре холодно, предложил снять номер в гостинице рядом. Если не хочу с ним – он готов оплатить мне одноместный. И вообще, собирается сопровождать меня до финиша. Иметь англоговорящего китайца в качестве спутника было, конечно, заманчиво, но такой напор вызывал отторжение. Я сказала, что если он так хочет для меня что-нибудь сделать, пусть попросит пустить меня в ту же комнату в ресторане, где я уже спала. Повара мне обрадовались, как родной, отвели к знакомому дивану и даже принесли горячего чая. Но именно сейчас мне его не хотелось – я упала на диван и сразу отключилась.

<Наша ночная группа. Лидер - справа>


11 октября

Через 2,5 часа я встала и заказала себе в ресторане мясной суп. Пришлось специально выбирать мясо и просить его положить, а то опять бы дали пустых макарон.

Выехала одна, и очень долго никого не видела. Рассвет все никак не наступал. GPS страшно глючил – обрывал маршрут на произвольном месте, один раз увел не туда. Приходилось его все время перезагружать.

Путь до следующего КП был бесконечным. Только один раз мне удалось проехать несколько километров сменами с каким-то китайцем, но мы тут же пропустили поворот. А как только вернулись на трек, я прокололась. И с ужасом обнаружила, что монтажек нет – видимо, Сергей их нечаянно положил к себе после моего прошлого прокола. Китаец развел руками и уехал, а я все пыталась снять покрышку руками. Минут через 10 замаячил еще кто-то из участников. Я махнула рукой – это оказалась вчерашняя девушка с музыкой. Ничего не спрашивая, она достала инструменты и начала менять мне камеру. А из моей покрышки достала огромный кусок проволоки. Мне было стыдно, но я не возражала, потому что сама делала бы это дольше. Иногда она что-нибудь мне говорила по-китайски, а я по-русски – так и общались, одними интонациями.
Несмотря на мое быстрое перемещение накануне вечером, я отстала от Миши еще сильнее, потому что он почти не спал ночью.


На КП я подкачала колесо стационарным насосом и сразу поехала дальше. У пунктов без еды есть важное достоинство - на них не хочется задерживаться. Никогда в жизни я не ела столько бананов. При этом на КП их выдавали обычно не больше, чем по два.

Следующий кусок опять был безлюдный. Из съедобного остались одни сухофрукты, а их не хотелось. Магазины не попадались, и даже на заправках их не было. В одном месте я встретила участника бревета и спросила его знаками, можно ли здесь где-нибудь раздобыть еды. Он привел меня в столовую, которая специализировалась на рыбе и морепродуктах – они лежали повсюду. Я выбрала какие-то готовые кусочки – как я решила, жареной рыбы, и попросила их. Но хозяйка начала что-то тараторить и задавать вопросы. Я хотела просто взять эти куски, заплатить и уйти, но она не сдавалась и хотела что-то выяснить. Казалось, она переформулировала вопросы по-другому, надеясь, что мне станет яснее. Наверно, не могла представить, что кто-то может не знать китайского. Наконец, отчаявшись, она принесла лист бумаги и стала писать на нем иероглифы – уж их-то я наверняка пойму.


Дядька-рандоннер положил конец этой беседе, и нам принесли по тарелке риса, мне желанные куски, а ему – печенку с овощами. Моя «рыба» оказалась больше похожей на кабачковые зразы с фаршем, но все равно было вкусно. Заплатить за себя мне дядька не дал, как и вчерашний вечерний спутник. Позже Миша рассказал, что за него в столовых тоже китайцы платили.

В этот день к привычной кукурузе на дорогах прибавились арахис, креветки и маленькие рыбки. Это уж было точно не для скота. Интересно, моют ли это все перед упаковкой.


Часто рядом сидели люди и что-нибудь перебирали. Вообще, в Китае мы на каждом шагу встречали работающих людей. Особенно много было дворников, и не только в городах, но и в глуши. У каждого из них была своя мототележка с маленьким флажком, и они добросовестно убирали мусор с обочин. Китайцы легко мусорят – часто мы видели, как рандоннеры кидают в кусты камеру или упаковку, но и убирать они умеют.

Периодически я кого-то встречала, но ни с кем не объединялась. Мне хотелось насладиться последним днем бревета. Я останавливалась, фоткала и даже пыталась записывать впечатления на диктофон, но мало что из этого теперь можно разобрать из-за шума машин.


<Ремонт моста>

Перед последним КП я все-таки нашла магазин и накупила еды, но почти ничего уже не пригодилось.

Проехав примерно треть, я встретила машину, которая мне часто попадалась по пути. На ней всегда стояла пара велосипедов. То ли она сопровождала рандоннеров, то ли просто спортсмены по очереди катались на шоссерах. В этот раз оттуда вышли люди и стали чуть ли не насильно снимать сумку у меня с багажника – мол, привезут на финиш. Хотели и с руля снять, но я не дала. Сначала они хотели мне дать в провожатые какого-то парня, но он, видя мой темп и настрой, быстро заскучал и уехал вперед. Тогда они опять остановили меня и показали на экране телефона сообщение по-русски (дословно): "Мы тебя на финише и т.д.". Я ломала голову, от кого это, кто такие "мы" и что именно они со мной будут делать, и только потом догадалась, что это всего лишь электронный переводчик.

Стало смеркаться. На съезде с одного моста я испытала мистическое ощущение – будто еду на огромный портрет. И только перед ним дорога резко повернула налево.


В темноте мне опять удалось зацепиться за небольшую группу, и это опять было очень кстати, потому что GPS незадолго до финиша совсем затупил и вел не туда. Пару раз я пыталась сбить с толку своих спутников, но потом они, к счастью, перестали меня слушать.

На финише было много народу. Миша, приехавший тремя часами раньше, сообщил, что его отвезли в гостиницу на машине, и я тоже попросила себе машину. В ожидании ее гуляла и фоткалась со всеми. В качестве финишного питания давали темную жидкость непонятного вкуса и какую-то траву, но я и этому была рада – страшно хотелось есть.

Минут через 20 после приезда я увидела, что люди ходят с дипломами в рамочке, и спросила, где их можно получить. Оказалось, на финише надо было зарегистрироваться и сдать книжку. А я с моим опытом пяти международных бреветов 1200+ совершенно об этом не подумала. Так что время мне вписали c моих слов – 81.20. Книжку сфоткали и вернули обратно, а еще дали диплом и прекрасную медаль. Там же сделали бесплатную гравировку, уточнив у меня, имя писать или фамилию.


В гостинице я приняла душ и сразу пошла с Мишей в столовую ужинать. По дороге мы встретили Ганса с женой. Ганс сказал, что утром будет встречать последних финиширующих – КВ истекало в 4 утра. А к 9 часам нам всем надо быть на финише на церемонии закрытия, и оттуда мы сразу поедем в Пекин. Рассказал он нам и о печальной судьбе Пьера – он был одним из лидеров, но после 840 км заблудился и сошел.

12 октября

Сережа финишировал уже почти утром (проехал за 87.31), но машину ему не дали, он поехал в гостиницу своим ходом и немного заблудился. В 8 мы усилием воли собрали вещи и пошли завтракать, ожидая сигнала от Ганса, но только часов в 11 он сообщил, что ехать не надо.
В Пекин мы поехали на машине с шофером, а Ганс с женой – на поезде. Часов в пять они пришли к нам в гостиницу и повели есть давно обещанную пекинскую утку.

Мы ожидали, что такое блюдо подают в шикарных ресторанах, но это место было людным и демократичным. В ожидании утки мы ели закуски с крутящегося стола. Такие столы есть во многих местах, и позволяют каждому попробовать любое блюдо. В этот раз мне почти ничего не нравилось , особенно напитки – миндальное молоко и арбузный сок. Наверно, через неделю у меня, как почти в любой стране, наступило пресыщение экзотикой. Но когда принесли кусочки утки, я поняла, что самое страшное было впереди. Они были настолько жирные, что даже в лепешке типа тортильи и с соусом есть это было невозможно. Мы с Сережей из вежливости попробовали по кусочку разных типов, а Миша вошел во вкус и все доел. Нам все казалось, что это еще не сама утка, а только самые невкусные ее части, как вдруг Ганс расплатился и мы ушли в недоумении. Видимо, это уже и было основное блюдо.

<Ганс с женой>

Ганс рассказал нам, что самый быстрый мужчина проехал бревет за 54 часов, женщина – за 69. Финишировали и уложились в КВ 320 человек из 450. 70 сошло в первые три дня, некоторые – в конце, а кто-то просто опоздал на финиш. Еще он сказал, что многие жульничали – срезали и подъезжали на машинах, но он обязательно это выяснит путем анализа скорости на отрезках. Я удивилась – зачем жульничать, это же не соревнования. На это он выдал длинную эмоциональную речь. Он сам всю жизнь задает себе этот вопрос. Во-первых, в китайцах очень развит дух соперничества, они обожают соревноваться. Во-вторых, они не воспринимают законы как что-то встроенное и постоянное. Для них это - внешние досадные факторы, которые мешают жить, и если есть возможность их безнаказанно нарушить, они всегда этим пользуются.

По моим наблюдениям, этот дух соперничества как нигде ощущается на китайских дорогах. Никому даже в голову не приходит уступить – наоборот, стараются проскочить быстрее и всех обогнать. Даже с боковых дорожек все вылетают на бешеной скорости и сразу на середину. Стоит дать слабину – и будешь долго стоять на месте, пропуская всех.

Ганс уже несколько лет руководит компанией, которая занимается организацией велосипедных мероприятий. Иногда есть какие-то спонсоры, но в основном деньги дает правительство. Причем на соревнования дает охотней, так что приходится выдумывать несуществующую соревновательность. Вот и в названии нашего бревета присутствовало двусмысленное слово Challenge. Даты утверждает тоже правительство. Оно выбрало октябрь, потому что в сентябре и так слишком много мероприятий.

Тысячу двести планируют проводить ежегодно примерно по тому же маршруту. Разве что выберут дороги с меньшим трафиком. Ганс сообщил, что маршрут тестировали днем и не учли, что ночью становится много фур, избегающих встреч с полицией и штрафов за перевес.
В следующие годы опять планируются компенсации для иностранных участников, но уже поменьше. В этот раз для нас с Сережей было бесплатным участие в бревете и гостиница на 4 ночи. А Мише, как главе клуба, еще и денег дали. В дальнейшем главам клубов будут скидки за привоз участников. Похоже, Ганс собирается привлекать иностранцев деньгами, а не хорошими отзывами предшественников. Потому что нашим мнением о бревете и замечаниями, которые мы ему были готовы написать, он не очень заинтересовался.

У меня был самолет в 2.30 ночи, а Миша с Сергеем еще оставались на три дня. До моего отъезда мы успели сходить на главную площадь Пекина – Тяньаньмэнь. На картинках она огромная, но в реальности была вся перегорожена и закрыта, так что впечатления не произвела. И вообще, часть окрестных улиц была закрыта заборами.

<Площадь Тяньаньмэнь>

От бревета у меня куча впечатлений, и хочется как-нибудь его повторить, а сама поездка оставила острую неудовлетворенность – мало была, мало видела, надписи не понимала, не говоря уже о речи. Но кое-что надеюсь к следующему разу исправить – уже пошла на курсы китайского при СПбГУ.

Всем рекомендую новорожденный китайский PBP, который скоро вполне может составить конкуренцию французскому по количеству участников, а по бюджетности поездки составляет уже сейчас.
Tags: бреветы, путешествия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 39 comments